Sociological Debate on Inequalities in Russia and Beyond

My review Sociological Debate on Inequalities in Russia and Beyond has been published in the Russian Sociological Review.

The review considers the 5th All-Russian Sociological Congress held at the Ural Federal University in Yekaterinburg in October, 2016. The event, entitled “Sociology and Society: Social Inequality and Social Justice,” attracted more than 1000 delegates from Russia and abroad. The Congress took place against a background of increasing social inequality in Russia, following the economic crisis of 2015. The program included 17 sessions, 37 panels, and 35 round tables which covered burning topics such as the unequal distribution of resources in Russian regions, the reduction of social welfare, the low living standards of vulnerable social groups, the growth of ethnic tension, and others. One of the plenary talks was given by the president of the International Sociological Association, Margaret Abraham, who spoke on the humanistic mission of Sociology, and called to coalesce in the struggle against social injustice in the world. The discussions at the Congress have shown that sociologists in Russia follow the global trends in examining urgent social problems, as well as in reflecting methodological issues, e.g., the application of new approaches in inequality studies. The debate on the restriction of academic freedoms in Russia at the closing plenary session made it obvious that the solution to this problem can be found in professional solidarity and is the responsibility of everyone who belongs to the sociological community.

Read more: here.

How can I tell what social class I belong in?

My post on social class for TheQuestion UK.

The answer this question depends on several parameters. Firstly, it depends on the way you define classes or social groups. Secondly, it depends on the social structure of the society you are a part of. Thirdly, it depends on your class consciousness or your subjective class self-identification. I’ll outline four main sociological approaches to social classes here.

1) In Marxist theory, classes are understood as large groups of people differing in their positions regarding the ownership of the means of production and social division of labour. In other words, a class position is determined by the role of an individual in the public organization of labour. Marx divides the capitalist society of the 18th century into three classes:

  • Bourgeoisie, which is a dominant class owning the means of production and feeding on the exploitation of wage-workers;
  • Petite bourgeoisie, which is a class of small owners living on their personal (mostly family) labour (e.g. craftsmen, substantial peasants, etc.);
  • Workers who make up a class of employees without the means of production, who sell their labour power, producing surplus value and being exploited by bourgeoisie in the process.

In Marxism, class position forms class consciousness. But since the 18th century, the concept of class has changed significantly and new social classifications have been invented.

2) In the latter half of the 20th century, French sociologist Pierre Bourdieu built on the Marxist concepts of class and capital. According to Bourdieu, social class should be understood as a collective position in the multi-dimensional space of social distinctions, which is a configuration of various volumes of capitals:

  • Economic capital (money, valuable material objects),
  • Cultural capital (level of education, specific knowledge, diplomas),
  • Social capital (connections, social networks),
  • Symbolic capital (recognition).

In Bourdieu’s approach, social classes look like clusters of points. It means that individuals with the same social characteristics and the same volumes of capitals cluster together in social space and have similar “class habituses.” “Class habitus” refers to an incorporated history and a set of social practices (manners, styles of behavior, etc.) that are determined by both the general of society and the biography of the individual.

To understand Bourdieu’s vision of classes, you can the graph from his book “Distinction: A Social Critique of the Judgment of Taste”:

3) British sociologist John Goldthorpe suggested yet another class model centered on employment status. He distinguishes three main classes differing by type of labour contract:

  • Employers who buy labour forces and control workers;
  • Employees who sell their labour power to employers;
  • Self-employed who are relatively independent and work for themselves (e.g., businessmen, freelancers, etc.).

With R. Erikson and L. Portocarrero, Goldthorpe has elaborated an eleven-class scheme (EGP) containing several service classes, working classes and transitory classes. (See more about EGP here). Today, the EGP class scheme is widely used by sociologists in research on social stratification, social mobility, and social inequality.

4) In recent research on social structure in British society, a group of enthusiastic sociologists under the leadership of Mike Savage constructed a new classification of classes, building on Bourdieu’s approach of capitals. On the basis of vast empirical data Savage and colleagues have defined seven classes in contemporary British society, each involving specific social traits:

  • Elite: very high economic capital (especially savings), high social capital, very high highbrow cultural capital;
  • Established middle class: high economic capital, high status of mean contacts, high highbrow and emerging cultural capital;
  • Technical middle class: high economic capital, very high mean social contacts, but relatively few contacts reported, moderate cultural capital;
  • New affluent workers: moderately good economic capital, moderately poor mean score of social contacts, though high range, moderate highbrow but good emerging cultural capital;
  • Traditional working class: moderately poor economic capital, though with reasonable house price, few social contacts, low highbrow and emerging cultural capital;
  • Emergent service workers: moderately poor economic capital, though with reasonable household income, moderate social contacts, high emerging (but low highbrow) cultural capital;
  • Precariat: poor economic capital, and the lowest scores on every other criterion.

If you would like to know which class you belong in according to the classification developed by Mike Savage and his team, just take the test “The Great British class calculator: What class are you?”

But beware! Do not forget that this test is designed for respondents from Great Britain. Other societies might have other class structures, or the social classes in those societies might involve a different set of social traits 🙂


В минувшую пятницу 27 мая в книжном магазине «Циолковский» состоялась первая презентация Альманаха-30 – краудфандингового проекта, доведенного командой энергичных ребят и девушек – Сергеем Простаковым, Сергеем Карповым, Антоном Секисовым, Аленой Салмановой и Оксаной Зинченко – до формата толстого кирпича из текста. Под чёрной обложкой Альманаха собрались поэты, писатели, публицисты, социальные ученые и журналисты, родившиеся после 1985 года и пишущие на русском языке. Задача Альманаха-30 состояла в том, чтобы дать слово представителям поколения тридцатилетних, которые уже заметны в российском публичном пространстве и в каком-то смысле начинают формировать его интеллектуальный ландшафт.


С предложением написать текст хорошего качества на любую тему по своей дисциплине ко мне обратились идейные вдохновители проекта. В силу того, что сейчас мои интересы так или иначе сосредоточены вокруг новых исследований рабочего класса, то мой текст посвящен фабричным рабочим, проживающим в малом российском городе. Однако, далее я буду говорить о текстах своих соседей со страниц Альманаха.

Надо сказать, что Альманах-30 – коллективный портрет моего поколения – вызвал противоречивые впечатления и натолкнул на мысль о том, что мы (авторы) очень разные и в большинстве своем не вписываемся или с трудом вписываемся в прежние рамки, а это значит, что изменения неизбежны. Тем не менее, это, пожалуй, единственное, что нас объединяет.

Листая Альманах-30, я стала думать, кто мне близок из авторов. Надо сказать, что писатели и поэты сразу вызвали недоумение, за исключением левых поэтов, с творчеством которых я знакома по Альманаху «Транслит». Признаться, имена остальных авторов из разряда #fiction я видела впервые. Особенно позабавил поэт, который, видимо, думает, что он Пушкин, или, может быть, это стёб такой (стр. 90):

Мне часто грезится, что я велик,
Что памятник мне лепят где-то выше,
Где я сижу и головой поник,
Раздумывая о смысле нашей жизни.

На этом моменте отложу в сторону тексты из раздела #fiction и поговорю о том, в чем я хорошо разбираюсь, а именно о текстах авторов из раздела #non-fiction, который мне представляется более однородным, хотя и разным по качеству. Тут у меня возникло вполне понятное чувство родства с авторами из Европейского Университета в Санкт-Петербурге (стр. 95 и 169). У этих текстов есть знак качества.

От текста про политику последнего советского поколения (стр. 215), которое унесло ураганом, я ожидала большего, а в конечном итоге получился обзор исследований молодежи со ссылками на работы других социальных ученых. С него я перепрыгнула к тексту про гнев и скорбь постсоветских людей, написанный в русле нового для России интеллектуального направления death studies (стр. 415). Им я зачиталась настолько, что проехала свою остановку, возвращаясь после пятничной презентации Альманаха. Никогда не думала, что про смерть можно писать так увлекательно и с чувством юмора.

Дальше мой выбор пал на текст про демократию, автор которого задается вопросом о кризисе этого политического жанра (стр. 337). Текст поразил своей глубиной, а его автор вдумчивостью и письмом в стиле французской политической философии.

Большой интерес вызвали статьи авторов из журналистского цеха. Например, размышления о том, как новые поколения молодых воспринимают сегодня текст (стр. 321), или о судьбе малых медиа в эпоху упрощения (стр. 29). К слову, в формате small media сделан и Альманах-30, задача которого на сегодня, как мне видится, состоит в налаживании междисциплинарных и межжанровых коммуникаций между молодыми интеллектуалами, которые пишут разными стилями, но в одинаковой тональности. В этом смысле, создатели Альманаха-30 выступили в чрезвычайно важной для сегодняшней России роли культурных посредников, сшивающих поколение тридцатилетних и порождающих дискуссии. Куда приведут нас эти дискуссии, покажет время, а закончить хочется стихами поэта Романа Осьминкина, отражающими суть настоящего (стр. 84):


Из мюзикла про Современное искусство

левые художники унылое говно
правые художники засохшее говно
либеральные художники вонючее говно
зато аполитичные художники самое оно
самое свежайшее
самое прекрасное
самое гармоничное
самое эстетичное
самое нетелеологически целесообразное
самое формально безупречное
самое осмысленное
самое автономное
самое говорящее само за себя
самое поэтичное
самое миметичное
самое аполлоничное
самое неинструментализируемое
самое ауратичное
самое пресамое говно

Медиа-репрезентации рабочих: видеозапись дискуссии

21 мая в книжном магазине “Порядок слов” состоялась презентация результатов проекта “Рабочий дискурс в российских средствах массовой информации”, который мы проводили вместе с Максимом Кулаевым в течение двух последних лет.

Какие представления о рабочих есть у журналистов из крупных печатных изданий? Какая логика лежит в основе медийных текстов о рабочих? Как следует писать о рабочих? Каковы перспективы сотрудничества между социологами, журналистами, профсоюзами и рабочими? Ответы на эти вопросы содержатся в видеозаписи дискуссии.

© Видео Анатолия Трофимова

21 мая в 16:00 в Порядке слов


21 мая в 16:00 в Порядке слов Александрина Ваньке и Максим Кулаев представят результаты своего исследовательского проекта, посвященного образу рабочих в современных российских СМИ:  «Репрезентации рабочих в российской печатной прессе».  Проект длился два года и завершился публикацией в «Журнале исследований социальный политики».
Сейчас в СМИ нет целостного образа рабочих. Журналисты пишут о них лишь эпизодически. При этом в прессе сосуществуют несколько типов дискурса, описывающих рабочих. Консервативный тип, пересекающийся с гегемонным дискурсом центральных телеканалов, представляет рабочих сторонниками действующей власти, частью общего организма — предприятия или всей страны. Либеральный тип рисует более сложную картину, подразделяясь на два подтипа: неолиберальный, который рассматривает рабочих как один из ресурсов для бизнеса, и либерально-социальный, который обращается к социальным проблемам и освещает трудовые протесты.
Исследование основано на анализе крупнейших российских СМИ и экспертных интервью с журналистами.

Вход на все мероприятия в магазине «Порядок слов» бесплатный.

Адрес: г. Санкт-Петербург, Набережная реки Фонтанки, д. 15


Круглый стол “Идеологии в городских исследованиях и практиках”

urbsГородское пространство выражает собой структуры отношений, существующие в обществе. Изучая городское пространство и пытаясь его трансформировать необходимо всегда помнить об этом и внимательно подходить к вопросу рефлексии идеологии, как своей собственной, так и той, работа которой привела к появлению объекта исследования.

Участники круглого стола соберутся для того, чтобы обсудить роль идеологии в городских исследованиях и практиках в России и что происходит в том случае, если её роль не в достаточной мере рефлексируется исследователями и практиками.

Модератор – Александрина Ваньке, научный сотрудник Института социологии РАН

К дискуссии приглашены:

Елена Трубина, профессор кафедры социальной философии ИСПН УрФУ

Виталий Куренной, профессор Школы культурологии НИУ ВШЭ

Оксана Запорожец, ведущий научный сотрудник ИГИТИ НИУ ВШЭ

Дмитрий Заец, социолог, движение Partizaning

Дина Лободанова, научный сотрудник РАНХиГС при Президенте РФ

Петр Иванов, куратор Лаборатории полевых исследований города Высшей школы урбанистики им. А.А. Высоковского НИУ ВШЭ

Место проведения: Покровский бульвар дом 8, каб 106

Время проведения: 26 ноября, 14:00-16:00

Если вы не из Вышки – пришлите не позднее вечера среды ваше ФИО на адрес

Социально-исторические аспекты национальной идентификации в Польше, России и Украине

Программа круглого стола


24 октября 2015 года

Библиотека им. Достоевского

Адрес: г. Москва, Чистопрудный бульвар, д. 23

Мероприятие проводится при поддержке Фонда Розы Люксембург

14.00 – 16.00 Культурные и политические границы национального воображения

Александрина Ваньке (кандидат социологических наук, Институт социологии РАН, Государственный академический университет гуманитарных наук) Национальное воображаемое: образы Польши, России и Украины в русскоязычном универсуме

Юлиана Матасова (PhD по сравнительному литературоведению, магистр культурологии, Киевский национальный университет им. Тараса Шевченко, Университет Лион-3 им. Жана Мулена) Воображая Украину: стратегии и практики украинских авторов-исполнительниц 1990-х годов

Оксана Дутчак (магистр социологии и социальной антропологии, Центр социальных и трудовых исследований) “Правое” дело: мобилизация радикальных националистов в Украине

Анна Печурина (PhD по социологии, Городской университет Лидса) Особенности идентификации мигрантов на примере исследования русско-говорящих сообществ в Великобритании

16.00 – 16.15 Кофе-брейк

16.15 – 18.15 Национальные идентичности в исторической перспективе

Джованни Савино (PhD по истории, Московский государственный гуманитарный университет им. М.А. Шолохова, Неаполитанский университет им. Федерико II) Конструирование другого: инородцы и западные окраины Российской империи в дискурсе русских националистов

Станислав Кувалдин (кандидат исторических наук) Украина и украинцы в концепции различных политических сил межвоенной Польши и польского подполья во время Второй мировой войны

Всеволод Сергеев (кандидат исторических наук, Московский государственный университет путей сообщений) Левые диссиденты в УССР во времена Оттепели: национал-коммунизм 2.0

Дискуссия и подведение итогов


МИФЫ О РАБОЧИХ СЕГОДНЯ. Критике политической экономии медиа-представлений

26 сентября в 13.00

книжный магазин «Циолковский»

по адресу г. Москва, Пятницкий переулок, д. 8, стр. 1


В рамках публичной дискуссии политический философ Максим Кулаев и социолог Александрина Ваньке представят результаты исследования репрезентаций рабочих в российских средствах массовой информации.

Современные медиа во всем мире служат фабрикой по производству идеологизированных образов и представлений. Наше внимание сосредоточено на том, как сегодня средства массовой информации создают мифы и стереотипы о рабочих, которые в медийном пространстве превращаются из социального класса в символический знак. В ходе дискуссии мы предлагаем проделать вместе с нами критический анализ репрезентаций рабочих, которые транслируются российскими центральными телеканалами и популярной печатной прессой.

Мы покажем, как разные дискурсы: гегемонный, консервативный, корпоративный, неолиберальный и социально-либеральный захватывают и/ или задействуют рабочих как знак, участвующий в символическом обмене. Какая при этом извлекается политическая и экономическая прибыль? Как с помощью медиа-представления рабочих поддерживается существующий порядок? Приедут ли рабочие с Уралвагонзавода разгонять протестные митинги? Насколько российские журналисты проявляют интерес к реальным проблемам рабочих? Эти вопросы мы предлагаем обсудить в субботу 26 сентября в 13.00 в книжном магазине «Циолковский».

Приглашаем к участию в дискуссии всех интересующихся вопросами рабочего класса и критического медиа-анализа!

Телесное – воображаемое | желаемое – действительное: возможности анализа национальной идентичности

Семинар “Тело | образы | культура: дискурсивно-визуальный анализ национальной идентичности”

20 июня состоялся специальный семинар на тему «Тело, образы, культура: дискурсивно-визуальный анализ национальной идентичности», организованный НУГ «Стратегии смешивания методов в социальных исследованиях» совместно с участниками проекта «Социально-исторические аспекты национальной идентификации в России, Украине и Польше”.

Участники проекта «Социально-исторические аспекты национальной идентификации в России, Украине и Польше” подготовили семинар при поддержке Фонда Розы Люксембург. С докладами выступили Юлиана Матасова (Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко, Институт транстекстуальных и транскультурных исследований, Университет Лион-3 имени Жана Мулена) и Александрина Ваньке (Институт социологии РАН, Государственный академический университет гуманитарных наук).

Культуролог и литературовед Юлиана Матасова в своем выступлении рассмотрела визуальные стратегии создания сценического образа украинской популярной певицы Ирины Билык, проследив механику тотальной трансформации ранее существующего канона как необходимую для воплощения национально желаемого в условиях постколониального транзита, осуществляемого Украиной. В обстоятельствах счастливой» прекарности – когда индустрия популярной культуры в независимой Украине не структурирована – Билык избирает тактику ухода от партикулярности национального (эксплуатируемого в советском) в сторону «притягательных» универсалий «западного». В середине 1990-х, утвердившись в статусе самой популярной автора и исполнительницы, певица начинает трансгрессию собственного канона, обращаясь за вдохновением к субверсивным практикам женской альтернативной сцены США (Кортни Лав, Тори Эймос). Тем самым Билык интуитивно реагирует на ухудшающиеся политические условия постколониальной нации: одним из методов их актуализации и одновременного сопротивления им становится визуальная стратегия агрессивной аглификации. В 2000 году, как бы подытоживая предыдущий опыт по актуализации и реализации национально желаемого, певица создает радикально новый образ, который парадоксально работает с национально-мифологической архетипикой Тени, постулируя следующий этап постколониального транзита Украины. Однако на фоне наступления «фронтиров капитала» мирового и прежде всего российского шоу-бизнеса певица вынужденно прибегает к визуальной самоцензуре, возвращаясь к своему, казалось бы, каноническому (комфортному) образу. Впрочем, теперь он воплощает обстоятельства трагической национальной «бездомности».

Методологии и методическим приемам анализа национальных образов и метафор посвятила свое выступление социолог Александрина Ваньке. В нем она, с одной стороны, наметила перспективы для формулирования понятий «политическое тело нации» и «национальное тело», которые, по ее мнению, сходятся в точке с «национальным воображением», вносящим вклад в работу по построению воображаемого сообщества. С другой стороны, опираясь на разнообразные эмпирические материалы (высказывания участников фокус-групп, их коллажи и рисунки, а также высказывания экспертов, статьи и изображения из масс-медиа), она выстроила классификацию метафорических образов России и Украины, наполняющих русское языковое пространство, среди которых присутствуют как телесные, так и другие виды образных высказываний. В числе выделенных ею типов: гендерные, животные, природные, пространственные, географические, символические метафоры, которые атрибутируются России и Украине. Примером может послужить укоренившееся в постсоветской ментальности восприятие обеих стран как женщин. Однако если Россия представляется зрелой женщиной – матерью, то Украина ассоциируется с девушкой – «невестой на выданье». Зафиксированный докладчицей перенос конфликта между Россией и Украиной в плоскость семейных и кровнородственных отношений участниками фокус-групп позволил обнаружить точки схождения политического тела нации и национального тела, где открывается возможность для проявлений национализма. В ходе дискуссии участники семинара пришли к мнению о том, что исследования национальной идентичности должны быть кросс-культурными и международными – предлагать взвешенный взгляд на процессы, протекающие в постсоветской действительности. Вместе с тем, междисциплинарный диалог на границе и поверхности понятий позволил выйти за пределы противоречий и посмотреть на национальное желаемое и действительное, телесное и воображаемое через призму критической оптики.

С другими материалами исследований Александрины Ваньке и Юлианы Матасовой можно ознакомиться на сайте проекта по национальной идентичности.

Доклады вызвали оживленную дискуссию, так как тематика национальной идентичности является особенно актуальной в последние годы. В частности, комментарии Алексея Васильева были связаны с рекомендацией привлечь польский эмпирический материал (провести фокус-группу или опрос в одном из регионов Восточной Польши, например, в Люблине, где тесно взаимодействуют польская и украинская культуры, а также учится много украинских студентов). По мнению Алексея, важно, чтобы был не только российский взгляд на Польшу и Украину, но и обратные взгляды. Также участникам проекта было рекомендовано привлечь работы А.ДеЛазари из Лодзи и профессора Рябова из Иваново о “русском медведе” и вообще о польских стереотипах о России, а также отечественную традицию имагологических исследований, в первую очередь представленную специалистами Института славяноведения РАН, профессорами Хоревым, Липатовым, Лескинен и др., и уточнить понятийный аппарат – говорить скорее о телесной метафоре национального, а не о “политическом теле нации”.

Оригинал записи находится здесь.

Образы и пространства: весенняя школа по Public History

10419618_1128545777171370_8565654348059665889_n© Фотография Ольги Буториной

16-17 мая в Московской высшей школе социальных и экономических наук, попросту именуемой Шанинкой, прошла весенняя школа по публичной истории, вольной слушательницей которой мне посчастливилось стать совершенно случайно. Следует отметить, что география участников школы была весьма широка и протянулась от Новосибирска до Кишинева, что можно считать большим успехом.

И, несмотря на свою профессиональную идентификацию с социологией, я, как и другие участники, принадлежащие к различным дисциплинам, начиная с истории и заканчивая культурологией, чувствовала себя приятно в компании начинающих и опытных исследователей разных взглядов и возрастов, которые занимаются изучением публичной сферы и осмыслением донесения гуманитарного знания до широкой общественности.

Теперь подробнее о структуре и подходах. Программа включала в себя лекционную часть, проектную и дискуссионную, что позволило совместить разные способы говорения об истории в обществе и взять за основу диалогичность. Режим вопрос-ответ в рамках лекций, коллективные обсуждения в ходе проектной работы и диалоги во время дискуссий, которые разворачивались подобно перекидыванию теннисного мячика, позволили создать широкую и свободную для входа дискуссионную площадку, на которой собралось порядка пятидесяти человек.

Лекционная программа сплошь и рядом пестрела учеными, активистами и журналистами, одним словом, людьми, которые выполняют в обществе функцию культурных посредников, осуществляя перевод исторического знания в популярную форму – перенося его из мира академии в мир широких аудиторий и обратно. Поэтому неудивительно, что в ходе выступлений можно было услышать такие словосочетания, как «нарративизация прошлого в медиа», «история в СМИ», «настоящее прошлого в документалистике» и другие.

Наряду с маститыми и известными лекторами участники школы смогли познакомиться с работами выпускников магистерской программы по публичной истории, занимающихся разными темами от нарративов советских пионерских журналов до истории в музейном пространстве. И таким образом была показана публичная история в действии.

Если задаться вопросом о том, что же удалось вынести из весенней школы, то я бы на него ответила так. Во-первых, множественность определений публичной истории, которые предложили участники. Если свести их воедино, то публичную историю можно понимать, с одной стороны, как нарративы о прошлом, ориентированные на массовое потребление, с другой стороны, как область гуманитарной науки, изучающей то, как нарративы о прошлом становятся частью массового потребления. И, наконец, Public History можно воспринимать как выстраивание диалогического моста между профессиональными историками, находящимися, по словам Артема Кравченко, в башне из слоновой кости, и обществом, состоящим из разнообразных публик.

Во-вторых, школа предоставила возможность еще раз увидеться и обменяться мыслями с коллегами из других городов, с которыми мы ведем совместные проекты, и познакомиться с исследователями, с которыми нас связывают общие интересы, жизненные установки и отношение к критическому знанию. И, в-третьих, атмосфера весенней школы, созданная организаторами и участниками, доставила радость от продуктивного общения, обмена знаниями и эмоциями, которые порождают низовые связи между людьми и образуют сообщества.