Публикации 2018

В 2018 году вышли следующие мои статьи, посвященные исследованиям маскулинной телесности и территориальной идентичности в индустриальных районах.

Ваньке, Александрина (2018). Мужские тела, сексуальности и субъективности, Философско-литературный журнал Логос 28(4), сс. 85-108.

fresh-topleft.jpgАннотация. Углубление социального неравенства, которое автор связывает с глобальным распространением неолиберализма, усложняет систему властных отношений между мужскими телами и сексуальностями и ведет к дифференциации типов маскулинности. На материале 43 биографических интервью переосмысляются властные отношения внутри двух социально-профессиональных сред — так называемых синих и белых воротничков. Автор приходит к выводу, что через регулирование телесности сфера труда управляет эмоциональными отношениями и, как следствие, сексуальной жизнью мужчин из обеих групп. Наряду с этим режимы производственного и офисного труда генерируют разные логики управления мужской телесностью, которые воспроизводятся в приватной сфере и используются для создания мужской субъективности.

Основным ресурсом конституирования мужественности для рабочих служат физическая сила и умения, тогда как для офисных клерков — телесная репрезентация и перформанс. Следствием дифференциации в структуре труда становится неравенство возможностей создать «успешный» маскулинный субъект. Мужчины-рабочие называют себя «неудачниками», в то время как служащие считают себя «состоятельными», хотя и те и другие в равной степени выступают объектами эксплуатации. Телесный труд рабочего отчуждается в процессе управления телами на производстве, тогда как тело офисного клерка коммодифицируется и превращается в знак в системе символического обмена. Вместе с тем результаты исследования свидетельствуют о размывании средовых границ и ослаблении классового сознания, что позволяет мужчинам — рабочим и офисным служащим — применять сходные сексуальные стратегии, различающиеся лишь по форме и стилю. Маскулинная субъективность синих и белых воротничков включает одни и те же компоненты традиционной, либеральной и новой мужественности, которые отличаются по способам и формам выражения.

Ключевые слова:  мужчины; тело; сексуальность; синие воротнички; белые воротнички; труд; власть; эмоции; неравенство.

 

Ваньке, Александрина и Елизавета, Полухина (2018). Территориальная идентичность в индустриальных районах: культурные практики заводских рабочих и деятелей современного искусства, Laboratorium Журнал социальных исследований 10(3), сс. 4-34.

cover_issue_31_en_USАннотация. В статье рассматриваются территориальные идентичности, сформировавшиеся вокруг советских предприятий: завода имени И. А. Лихачева (ЗИЛ) в Москве и Уральского завода тяжелого машиностроения (Уралмаш) в Екатеринбурге. На примере двух кейсов авторы отвечают на вопрос о том, как создается территориальная идентичность индустриальных районов в постсоветской России. Авторы анализируют культурные практики в двух индустриальных районах и показывают, какой вклад в изменение их территориальных идентичностей вносят культурные акторы: представители творческих профессий и культурной среды, то есть научные работники, художники, архитекторы, фотографы, преподаватели высших учебных заведений, работники музеев, культурные и городские активисты. Исследование обнаруживает увеличение социального неравенства между резидентами индустриальных районов: рабочими и представителями других социальных групп. На фоне неолиберальной политики новые социальные акторы приходят в индустриальные районы, изменяя конфигурацию их социального состава. Оба кейса – территории вокруг завода имени И. А. Лихачёва и Уралмашзавода – демонстрируют наслоение разных типов идентичности и ассоциирующихся с ними культур рабочего и среднего классов. Так, в случае индустриальных районов мы можем говорить о множественной территориальной идентичности, которая выражается в том, что коренные жители и новые культурные акторы применяют классово дифференцированные «советские» и «постсоветские» культурные практики, воспроизводят «старые» и «новые» стили жизни.

Роль культурных акторов в формировании множественной территориальной идентичности индустриальных районов амбивалентна. С одной стороны, они вносят вклад в создание новой культурной среды и ведут работу по снятию маргинальных маркеров с промышленных территорий, делая эти районы более привлекательными для общегородских публик. С другой стороны, в процессе культурной экспансии резиденты индустриальных районов становятся «невидимой» социальной группой, лишенной возможности говорить публично. Культура рабочих, выражающаяся в практиках культурного потребления, сформировавшихся в советский период (например, посещение театров, музеев, домов культуры) и ремесленных навыках (например, вышивание, вязание, пошив одежды для женщин, а для мужчин создание предметов быта своими руками), обесценивается и не воспринимается как достойная внимания. Таким образом, деятельность культурных акторов вписана в общий тренд джентрификации и вытеснения рабочих за пределы промышленных территорий и публичного пространства. Вышеперечисленные процессы указывают на воспроизводство культурного, классового и территориального неравенств внутри индустриальных районов.

Ключевые слова: территориальная идентичность, индустриальный район, культурные практики, заводские рабочие, культурологический анализ классов

Уралмаш глазами рабочих

АфишаА4_лого_шрифт_3 copy.pngИсследовательская выставка «Уралмаш глазами рабочих» создана по мотивам социологического проекта «Быт и культура индустриальных рабочих: этнографическое кейс-стади заводского района, г. Екатеринбург».

В мае-июне 2017 года три социолога на время стали жителями Уралмаша. Мы проводили интервью с заводчанами и другими жителями района. Своей задачей мы видели описание культуры труда, быта и досуга индустриальных рабочих. Центральный вопрос, лежащий в основе нашего исследования и настоящей выставки, звучит так: “Как и чем сегодня живут заводчане?”

26 мая 2018 в 13:00 открытие выставки, the Beatles фестиваль, Уралмаш, Бульвар культуры 4
28 мая – 6 июня 2018 экспонирование выставки, Екатеринбургская академия современного искусства, Красных партизан 9, 2 этаж

Авторский коллектив выставки:

  • Александрина Ваньке – социолог, исследователь, куратор выставки
  • Елизавета Полухина – социолог, исследователь
  • Анна Стрельникова – социолог, исследователь
  • Александр Павлов – дизайнер

 

Russian Workers an ‘Invisible Class’ Since Collapse of Soviet Union, New Study Concludes

Text by: Paul Goble

Staunton, January 11 – Russians employed in factories have become “an invisible group” in society since 1991; and as a result, the identity even now is based largely on memories of the Soviet past as exacerbated by their sense of growing social inequality, according to a new study by the Higher School of Economics of workers at the Uralmash plant.

The study, prepared by Elizaveta Polukhina and Anna Strelnikova of the HSE and Alexandrina Vanke of the University of Manchester, notes that since the end of the Soviet Union, workers have received very little attention, including from sociologists and other scholars (iq.hse.ru/news/213569213.html).

This has left members of this group “lost” because they had been respected in Soviet times; but “in the 1990s everything changed completely.” They lost their former status in society and watched as their relative position in the income pyramid fell precipitously, the three researchers say.

Uralmash, set up in the northern section of Yekaterinburg in 1927 was a workers’ settlement based on a number of factories. It was one of dozens of such settlements in Soviet times. At present, more than 190,000 people live there, a number far lower than in the past. The HSE researchers conducted deep interviews with a number of the remaining workers.

These settlements, the sociologists say, were intended to provide everything the workers needed and to root them to one place. As such, they served as an important component of the Soviet system of control. But despite what many might think, many there now recall that arrangement as a positive thing.

Most of the workers now say they felt like “part of a large family,” one in which their days and even their lives were predictable and in which they could expect to be taken care of cradle to grave. They say they were proud to be “simple Soviet people,” a category that they defined more in ethical terms than in class ones.

For these workers, the collapse of the Soviet system as completely negative and remains so. And if they were quite happy to talk about the Soviet period, they were much more restrained in discussing the 1990s, the three sociologists say. For them, that period meant wage arrears, the loss of many fellow workers, and search for a new place in life.

The sociologists say that even now, workers at Uralmash view themselves as “innocent ‘victims of circumstances.’” As a result, “the contemporary identity of workers is a kind of mix which includes Soviet and post-Soviet practices, meanings and values,” but it still focuses on values rather than income alone.

“This doesn’t mean that class distinctions have disappeared entirely. To a large extent,” the three write, “identity is defined as a result of a sense of social stratification.” Workers don’t feel comfortable dealing with managers or owners and don’t have the same social cohesion they once had particularly as younger workers gain education and move away.

Read the orginal text here.

Transformation of Working-Class Identity in Post-Soviet Russia

We present the results of our group project The Everyday Life of Industrial Workers: Ethnographic Case-Study of Industrial Neighborhood in Yekaterinburg, conducted by me, Elizaveta Polukhina and Anna Strelnikova, in the working paper The Transformation of Working-Class Identity in Post-Soviet Russia: A Case-Study of an Ural Industrial Neighborhood.

Abstract

This paper presents an analytical description of working-class identity in three key periods of the socioeconomic transformations which changed the structure of a plant’s industry and working-class life: the Soviet era (1930s-1980s), the time of economical change (1990s), and the post-Soviet years (2000s-2010s). The analytical framework of the study is based on the concept of ‘cultural class analysis’ (Savage 2015). It includes the concepts of habitus and cultural capital, and culture as embedded in economic and social relations (Bourdieu 1980).

In the course of the research we conducted an ethnographic case-study in 2017 and lived in the neighborhood of Uralmash, which was designed for workers of a heavy machinery plant dating back to the 1920s in the city of Yekaterinburg. Based on 15 in-depth interviews with Uralmash workers living in the neighborhood and 8 experts, and our field observations, we discovered 3 restructuring shapes of the Uralmash worker identity. These working class identities shapes referred to 3 determined periods. The Soviet period showed a ‘consistent’ working-class identity of the Uralmash workers, whereby the plant and working spirits were the centers of their lives. The 1990s was marked by severe deterioration of workers’ social conditions and the loss of their familiar bearings in life. As a consequence, the Uralmash workers perceived themselves as ‘victims of circumstances’ with ‘collapsing’ worker identity in 1990s. Currently, ‘Soviet’ and ‘post-Soviet’ practices and values are combined in today’s ‘mixing’ and an inconsistent worker identity. The notions of ‘simple’ and ‘working-class’ as sense-making images are encapsulated in nostalgic memories and retain their role as criteria for the delineation between inequalities and social discrimination along the ‘them’ and ‘us’: ‘we are those who live belonging to the past’. The Soviet past still continues to be an important sense-making resource; in fact, it is the only ‘universal’ prop for them that support their subjective perception of themselves.

Keywords: Industrial Neighborhood, Worker, Working-Class Identity, Ethnographic Case-Study

Elizaveta, Polukhina and Strelnikova, Anna and Vanke, Alexandrina, The Transformation of Working-Class Identity in Post-Soviet Russia: A Case-Study of an Ural Industrial Neighborhood (November 22, 2017). Higher School of Economics Research Paper No. WP BRP 77/SOC/2017. Available at SSRN: https://ssrn.com/abstract=3075749

Masculinities, Bodies and Subjectivities

A book Masculinity, Labour, and Neoliberalism. Working-Class Men in International Perspective edited by Charlie Walker and Steven Roberts with my contribution Masculinities, Bodies and Subjectivities: Working-Class Men Negotiating Russia’s Post-Soviet Gender Order has been finally published by Palgrave Mcmillan.

Abstract

This chapter considers the interrelation between masculinities, bodies and subjectivities of Russian working-class men generated by Russia’s post-Soviet gender order. The collapse of the Soviet Union led to large transformations in Russian society that changed its social structure significantly. During the period of transition, some social classes and groups, which had been sustained by the state and respected in Soviet times, were devalued and downshifted. Working-class people, especially men, experienced this downgrade in the greatest measure. Building on the approaches by Michel Foucault and Raewyn Connell, the chapter examines masculine subjectivities constituted through body and sexual practices of working-class men, and it explains the peculiarities of post-Soviet gender order reflecting Russia’s new forms of socioeconomic politics. The author defines several types of working-class masculinity, which are classic masculine subjectivity reproducing patterns of the Soviet gender order and trying to sustain a normative gender model; and new masculine subjectivity combining neoliberal and counter-neoliberal patterns which can be divided into consuming and protest masculinities.

Cite this chapter as: Vanke A. (2018) Masculinities, Bodies and Subjectivities: Working-Class Men Negotiating Russia’s Post-Soviet Gender Order. In: Walker C., Roberts S. (eds) Masculinity, Labour, and Neoliberalism. Global Masculinities. Palgrave Macmillan, Cham

Трансформации маскулинности российских рабочих

В четвертом номере журнала “Мир России” за 2016 год вышла моя статья “Трансформации маскулинности российских рабочих в контексте социальной мобильности”, написанная в соавторстве с Ириной Тартаковской. 

В статье реконструируются маскулинности рабочих в постсоветской России, прослеживается их динамика в соотношении с субъективной социальной мобильностью в 1991–2015 гг. Авторы приходят к выводу, что сегодня в российском обществе сочетаются классические и новые типы мужественности рабочих. Классическая маскулинность рабочих воспроизводит образцы советского гендерного порядка и стремится достигнуть нормативного образца, что оказывается не всегда возможным. Новая маскулинность отличается независимостью, активностью и инициативностью рабочих. В то же время она воспроизводит стратегии нового гендерного порядка, в основе которого лежат ценности индивидуализма, интенсивного потребления и значительных инвестиций в свою внешность. С помощью этих стратегий рабочие стремятся создать свою мужественность и осуществить восходящую субъективную социальную мобильность при ограниченности их объективных условий.

Прочитать статью можно на сайте журнала или по ссылке.

Карьера рабочего как биографический выбор

В третьем номере за 2016 год журнала “Социологическое обозрение” вышла наша с Ириной Тартаковской статья “Карьера рабочего как биографический выбор”.

В ней мы рассматриваем карьерные стратегии российских рабочих, которые изучаем в контексте ситуаций биографического выбора. Опираясь на классовый и интерсекциональный анализ, мы описываем мотивы выбора рабочей профессии и дальнейшую социальную мобильность рабочих. В статье мы показываем, что восходящая мобильность молодых рабочих возможна при условии, что заводская иерархия позволит им конвертировать образовательный капитал (в виде повышения уровня образования и квалификации) в символический и экономический. Нисходящая же мобильность наиболее характерна для рабочих старших возрастов, которые не смогли адаптироваться к новым социально-экономическим условиям, потерпели неудачи и понизили свой социальный статус, например, из инженеров перешли в рабочие. Мы отмечаем, что для выходцев из рабочей среды характерна стратегия воспроизводства классовой позиции. В статье мы утверждаем, что карьерные стратегии рабочих в значительной степени обусловлены гендерным габитусом, имеющим для них определенную классовую специфику. Она выражается в том, что женщины-рабочие, имея карьерные амбиции, все же ориентированы на жизненный успех в приватной сфере (в браке и семье), в то время как для мужчин-рабочих успех может быть связан не только с построением профессиональной карьеры, но и просто с повышением качества жизни. В заключении мы приходим к выводу о том, что сегодня российские рабочие не склонны проблематизировать свой социальный статус и, скорее, воспроизводят свою классовую позицию, чем вкладывают силы в ее изменение.

Читайте статью на сайте журнала или по ссылке.